July 1st, 2011

Blackfield, Точка, 30 июня

Про концерт Blackfield надо бы написать, но рассказывать, по сути, нечего. Постоял в очереди на вход - для середины лета неплохая посещаемость для такой команды, весь нижний ярус был заполнен.
Открывали концерт "Омела" - наконец-то увидел их живьем. Очень рад был видеть с ними Наиля "Грайндбокса", экс-барабанщика Necrost и Seducer's Embrace. Наиль классный - и драммер, и вообще. Живьем команда, в общем, очень даже неплоха, хотя вокалист перегибает с однообразным надрывным пафосом и не совсем подходит для такой музыки. Чуть бы помягче да "поатмосфернее", а лучше то же самое, но вообще без вокала. А так, кто не знает - где-то в равных пропорциях фолк, арт и дум-метал. Думаю, фэны Blackfield потом долго чесали головы на тему "что же это было", но выступление воспринимали вполне благосклонно.
Кумиры вышли на сцену скромно, Стивен Уилсон, по обыкновению, занавесившись хайром, а подойдя поближе, можно было заметить, что он босиком. Основной автор вещей - Авив Геффен - наполовину русский, посвятил одну из вещей Виктору Цою (которого он назвал Victor Toy), человек, явно неизбалованный славой и вниманием, искренний и даже робкий. Под конец он выступал голый по пояс, обмотав майку вокруг головы, чтобы все любовались его мощным торсом - выглядело это как такой странноватый бойз-бэнд от арт-рока. А потом, представляя музыкантов, слегка озадачил, охарактеризовав Уилсона как "главную любовь всей моей жизни". Что он таки имел в виду? А вот клавишника, которого представлял уже Стивен, как оказалось, музыканты видели перед концертом... первый раз в жизни. Что не помешало ему блестяще исполнить свои партии в ансамбле.
Временами Blackfield звучали как слегка "разбавленный" "Поркупайн", иногда - как дуэт авторской песни, иногда - как заправский нео-прог. Публика вовсю подпевала словам почти незнакомых мне песен, из которых добрая половина была напевна и мелодична, но в голове не осталось потом ничего. Всё-таки на таком концерте надо быть фанатом.
Под завершение концерта кто-то методично выкручивал ручки громкости всё больше и больше, и закончилось всё звуковым шквалом и коллективным оранием в микрофон. По правде, такая кульминация показалась немного искусственной. Поклонившись, музыканты удалились. Поймал ли кто потом Стивена, не знаю, а для прессы он был категорически недоступен. В отличие от Авива, но про него у меня мыслей не было. Может быть, зря.
Еще был один интересный, хоть и не имеющий отношения к музыке момент. Если смотреть на Blackfield сверху, с середины третьего яруса, то прозрачный пластик барабанов превращается в зеркало, и при определенном переключении сценического света он отражает лица тех, кто там, внизу, перед ним. И кажется в какой-то момент, что это не группа находится на сцене, окруженная поклонниками, а наоборот, музыканты - вокруг одной-единственной бас-бочки, в которой внутри все эти лица-лица-лица. А драммер лупит по ним колотушкой, отчего те радостно вопят. Инверсия.