July 8th, 2011

Manzarek/Krieger, Крокус-Холл, 7.07.2011

Из всех нынешних реюнион-проектов один из самых спорных - возрождение The Doors. Затея шла как-то тяжко с самого начала - барабанщик Джон Денсмор был активно против, вокалисты сменяли друг друга, шли судебные иски, смены названий и всё такое прочее. Мало какая затея вызывала у публики столько негатива - но и столько любопытства. А Манзарек с Кригером упрямо продолжали гнуть свою линию и добрались-таки до Москвы - спустя почти десяток лет после "реюниона".
И, разумеется, российские фэны успели до хрипоты наспориться о том, идти ли на концерт. Результат - зал "Крокуса" был не совсем полон, но и провальным концерт не назовешь. Хотя даже на такую легенду, как Джон Фогерти, зал не собрался - а уж у него-то с "аутентичностью" нет вообще никаких проблем. Что уж говорить о Манзареке с Кригером?
На этот раз мы были на самом высоком балконе (возможно, и к лучшему) - оттуда было видно подозрительно пустую сцену - ни горы комбиков и аппаратуры, никаких эффектов и декораций, и когда после неизбежной "Кармины Бураны" на сцену вышли несколько маленьких сухоньких фигурок, даже не поверилось, что это - вот те самые Рэй и Робби, которые [пафосные сопли, много-много].
И вот они уже играют, Рэй Манзарек за каким-то небольшим синтезатором (не удивлюсь, если всё тот же вечный красный Nord), поначалу его и вовсе не слышно, а вокруг в неспешном темпе слоняются какие-то техники, стейдж-менеджер, фотограф и вовсе непонятные люди. Вот двое потащили куда-то какую-то огромную коробку с ручками. Оставили ее за барабанной установкой. Вот кто-то прикладывает ухо к манзарековскому монитору... Такое вот смешение сцены и бэкстейджа продолжалось весь концерт - потом друзья высказали мысль, что это вполне в традициях концертов 70-х годов, когда всё было неформальнее. Но в зале "Крокуса" напоминало поначалу какой-то нескладный балаган. Да и звучала команда поначалу сыро и нескладно, а Манзарек, обращаясь к публике, щурился и запинался, словно 90-летний старик, вдруг выбравшийся на свежий воздух из своей темной каморки.
"Где свет? Дайте же свет!" - попросил он, имея в виду освещение зала. Ему хотелось взглянуть на публику. "О. Гораздо лучше, чем мы боялись", - облегченно вздохнул он, и как-то взбодрился.
А вещи к третьей наступил перелом - музыканты какими-то совершенно незаметными жестами и парой слов сделали так, что народ вскочил со своих сидячих мест и заполнил всё пустовавшее пространство перед сценой. Секьюрити оставалось только развести руками и стараться хотя бы не пускать народ на сцену. А Манзарек даже заулыбался: "О, теперь это как настоящий американский концерт!"
Я всё про Манзарека да про Манзарека - что, конечно, неудивительно, ведь именно он сейчас основной носитель легенды, и именно на него и на Робби Кригера были устремлены взгляды всех присутствовавших. А что же фронтмен?
Есть такая вещь, как "слепое пятно" - когда к чему-то привыкаешь, перестаешь это замечать - будь то знакомая вывеска на дороге или жужжание вентилятора. На концерте этим "слепым пятном" был фронтмен. Он повторял партии Моррисона настолько похоже к тому, как они врезались в память по записям, что сливался с прототипом до степени полного исчезновения. Казалось, что его и вовсе нет на сцене.
Интересно, что раньше Манзарек и Кригер брали каких-никаких, но музыкантов с именем и с собственной устоявшейся карьерой. Их интерпретация вещей могла быть неточной, но это и было интересно. Более того, Манзарек чуть ли не клялся, что никогда не возьмет в команду кавер-певца, который просто будет играть роль Моррисона. Но сейчас он поступил именно так. Дэйв Брок (однофамилец лидера Hawkwind) - участник кавер-коллектива, который собаку съел на этой своей роли. Предположить, что на концерт вдруг забрел бы человек, ничего не знающий о печальной судьбе Джима Моррисона - он бы в жизни не заметил подмены. Или заметил?
Разница, конечно, не в тембре, и не в манере построения фраз. Разница в том, что один человек прожил свою короткую жизнь там, на сцене. Другой - посвятил свою жизнь актерской игре, исполнению роли того, первого. Как спектакль это было идеально. Как концерт... Группа - нынешняя - превосходна в своем ритм-н-блюзовом обличье, играя каверы и кригеровские вещи, и прекрасно слушать, как плетут свои психодельные кружева Кригер с Манзареком, скажем, в "When the Music's Over"... А вот когда Дэйв Брок начинает декламировать какие-нибудь важные, значащие фразы "cancel my subscription to the resurrection", всё буквально кричало: "Не верю!" That subscription wasn't yours. And it's already canceled.
Это не значит, что подобные представления на тему "творчество и судьба Джима Моррисона" вообще невозможны. Просто Дэйву для повторения Джима хватает вокального дарования, но не хватает актерского. Хотя, понятно, Манзарек и Кригер просто выбрали лучшее из имевшегося в наличии.
А концерт шел и развивался по какому-то своему странному сценарию. Робби Кригер сыграл фламенко-номер "Russian Caravan", единственное "недорзовское" произведение за вечер. Рэй своим довольным и вальяжным голосом произносил "телеги" на тему любви, войны и мира во всём мире, а потом еще пел, представляя музыкантов: "Робби Кригер - секс-машина, Дэйв Брок - секс-машина, Рэй Манзарек - секс-машина". Какой-то голый по пояс фанат, выскочив на сцену, сделал несколько сальто и исчез в темноте зала. Выход на бис был скорым, но недолгим - "Light My Fire" оставила публику, как показалось, абсолютно довольной и удовлетворенной, и, пожелав на прощанье всем побольше заниматься сексом, Манзарек и Ко. ушли - совсем не такие, как мы их увидели в начале шоу. Это были уже бодрые, сильные, полные энергии и задора люди, которые, кажется, могли бы еще час играть в свое удовольствие на сцене...
И тут стало понятно, зачем же им самим этот реюнион. Дело не в деньгах, ни в славе - просто именно эта музыка дает им непрерывную подзарядку, и даже не "заставляет пережить прошлое", а попросту возвращает им юность на какое-то короткое время. Ради этого пойдешь даже на такое "святотатство", как выступления с двойником Джима Моррисона.
А надо это или нет нам - отвечает публика на каждом концерте. Раз мы пришли - значит, надо.

p.s.

Еще пара мыслей, которые не поместились в предыдущую запись.

Много чего ожидаемого не сыграли - ту же "Riders on the Storm", ну да ладно, без нее всё естественно. Главная была интрига - сыграют ли "The End". С одной стороны, эта вещь настолько моррисоновская, что в исполнении любого другого человека это был бы бред. С другой - взялись играть спектакль, сыграйте же его до конца! Но нет, не было.

Интересно общение Манзарека с публикой. Обычно артисты говорят залу что-то вроде "Привет, Москва!", Рэй же обращался к нам "Привет, русские!" "Hi, Russians!" И вот это вот "russians" казалось таким приветом из прошлого, из перестройки, железного занавеса и проч. и проч., когда для приезжающего из-за кордона артиста всё было впервые. И это "russians" звучало примерно как "Привет, марсиане! А вы какие вообще? У вас есть щупальца? Вы меня есть не будете?"
Но Манзарек и правда впервые в России, и, возможно, он себя именно так и ощущал.